Рецензия на цыганскую прозу Анастасии Дробиной

Дробина Анастасия. За цыганской звездой. Москва: Эксмо, 2010. 352 стр.

На мой взгляд цыганам в литературе не повезло. Если о них писали, то всё развивалось по двум сценариям:
- Либо автор хорошо знал цыганскую жизнь. (Но при этом не имел мастерства).
- Либо талант с мастерством имелись. (Зато автор воспринимал цыган поверхностно).
В последнем случае к поэме или книге так и просится довесок с комментариями типа: "здесь отражены расхожие мифы…", "в данном месте этнографическая ошибка…", "здесь превратно истолкована национальная психология…".
Это я о лучших! О тех, кто взялся за перо с симпатией к "загадочному народу" и использовал хоть какие-то личные впечатления…
Вплоть до недавнего времени я вставал в тупик, если меня просили порекомендовать историческую прозу о цыганах. Но лёд тронулся! В литературе появилось новое имя: Анастасия Дробина. Её четыре повести, рисуют широкую панораму цыганской жизни. Читайте! Это не только интересно, но и познавательно. Русские цыгане конца XIX столетия воссозданы нашей современницей с большим мастерством и высочайшей достоверностью. Лично я знакомился с этим циклом, всё сильнее удивляясь от страницы к странице. Действие разворачивается и в кочевых таборах, и в московском хоре. Уж поверьте, не каждый цыгановед знает те детали, которыми с лёгкостью оперирует Дробина. Лично я посвятил много лет изучению этого периода, и по мере продвижения к финалу то и дело восклицал про себя: "Надо же? Она и это знает?", "Боже мой, так ей и это известно?".
Дробина Анастасия. Любовь - кибитка кочевая. Москва: Эксмо, 2010. 352 стр.
Дробина Анастасия. Сердце дикарки. Москва: Эксмо, 2010. 352 стр.
Анастасия Дробина
Конечно, многое объясняется биографией молодого автора. Анастасия Дробина родилась в 1977 году. Она москвичка, но в детские годы проводила лето рядом с цыганским посёлком. Там она сдружилась с ровесниками и научилась говорить на котлярском диалекте. Наблюдательная девочка подмечала, как хозяева домов здороваются, как принимают гостей или обсуждают хозяйственные дела. Со временем на "взгляд изнутри" наложились книжные знания. Готовясь к погружению в прошлое, Дробина перечитала доступную историческую и этнографическую литературу. Свела знакомства с артистами цыганской эстрады. Общалась с ветеранами сцены. Плюс, естественно, получила хорошее профильное образование - окончила литературный институт.
Я намеренно не хочу пересказывать в этой рецензии сюжетные линии. Зачем лишать вас удовольствия от неожиданных развязок и любовных коллизий? Первый тираж был раскуплен, но "Эксмо" в 2010 году сделало переиздание (исправленное и дополненное).
В эпопее Дробиной есть удивительная особенность. Написано всё это сейчас, а персонажи выглядят живее и правдивее, нежели под пером современников. Парадокс! Ведь не только начинающие беллетристы (вроде Фёдора Миллера) брались изображать хоровую среду. В этой теме отметились наши классики: Лесков и Куприн. Но видно они решали другие творческие задачи - цыгане были для них всё-таки фоном. Лучше всех владел деталями Лев Толстой (как никак его брат был женат на цыганской певице). Но пьеса "Живой труп" посвящена духовным исканиям русского образованного человека. Фигуры цыган и цыганок прописаны схематично.
В отличие от писателей XIX века Анастасия Дробина не имела личных впечатлений от хоровых музыкантов, зато в её багаже - понимание цыганского образа мысли. С дистанции в полтора столетия она показывает полнокровные образы. Особенностью её таланта является хорошее воображение. Вместо того, чтобы подавать в художественной форме известные по мемуарам ситуации, Дробина сочиняет оригинальные сюжетные ходы. При этом порождения авторской фантазии выглядят очень достоверно. Знатоки истории согласятся со мной: этого не было, но вполне могло быть.
У Дробиной нестандартный подход и к цыганским обычаям. Национальные авторы страдают тем, что стараются описать цыганскую жизнь по известным бытовым правилам. В результате получается "учебник этнографии в лицах". А герои Дробиной частенько выходят за рамки традиций. Они прекрасно знают норму. Но жизнь есть жизнь. Под влиянием страсти или по оплошности - цыганские персонажи нарушают то один, то другой обычай. Разумеется, всё это происходит без перебора. Законы никто не отменял, и с ними в любом случае приходится считаться. Но схематизма благодаря этому уж точно удалось избежать.
Чудесно прописаны "музыкальные" сцены. Новаторство А. Дробиной состоит в том, что впервые концерты поданы не с точки зрения русской публики, а глазами самих цыган. Мы с интересом следим за смятением таборного барышника Ильи, которого попросили подменить загулявшего солиста. Мы улыбнёмся, читая, как коверкает слова романсов неграмотная исполнительница, не понимающая господского "высокого штиля". Цыганская музыка показана в развитии. Некоторые песни создаются буквально на наших глазах. Миф о подлинных таборных песнях, которые якобы не допускались в хоры из снобизма, оставлен автором за бортом. По книгам Дробиной вы вполне можете составить впечатление о развитии хорового репертуара. Точно подмечено здесь, как менялся сценический костюм под влиянием таборов, прикочевавших из Румынии. Главы, посвящённые концертам и ресторанным выступлениям, составили бы честь профессиональному музыковеду.
И ещё - это книги о любви. О настоящих глубоких чувствах. Такого мы о цыганах ещё не читали. Герои и героини Дробиной - вовсе не бесплотные силуэты. В отличие от знакомых нам по классике персонажей им недостаточно романтических речей и свиданий при луне. В том месте, где предшественники поставили бы стыдливое многоточие, наша современница весьма откровенна. Её цыгане и цыганки живут супружеской жизнью, ревнуют, изменяют, а пресловутый вопрос с простынёй невесты трактуется как стержень многих конфликтов. Мне кажется, цыгане с ханжеским складом ума будут шокированы. Я же предлагаю этим читателям остыть и честно посмотреть внутрь себя. Не у вас ли при общении добрая четверть разговоров крутится вокруг свадеб и сплетен: "девочка - не девочка"? Не вы ли перемываете кости знакомым? Цыганская среда до сих пор зациклена на тех вопросах, которые смело (и в то же время тактично) разбираются на страницах этих четырёх книг!
Да - автор решилась описать на бумаге то, о чём вы все бесконечно говорите. Но ведь мы живём уже в XXI веке. Определённое бесстрашие здесь есть - но на мой взгляд оно идёт только на пользу. Впервые цыгане показаны в исторической эпопее реальными людьми. Их жизнь не исчерпывается заработками и воспитанием детишек. Таким персонажам (не картонным, не слащаво-романтичным) современный читатель будет только симпатизировать.
Есть ли в книгах Дробиной недостатки? Если говорить об этнографических неточностях, то их на удивление мало. Что касается слога - то лично мне он очень нравится. Диалоги динамичные, язык сочный. Цыганская лексика в книгах есть, но использована она тактично - без перебора.
Итак, мы поздравляем автора с несомненным творческим успехом. Хочется надеяться, что А. Дробина не сочтёт для себя цыганскую тему исчерпанной. И возможно в будущем она порадует нас новой книгой о прошлом "кочевого племени".
Отдельное спасибо издательству "Эксмо", которое сделало роскошный подарок всем любителям цыганской культуры, переиздав книги Дробиной в серии "Цыганская страсть".

Н. Бессонов. 2010 г.
Made on
Tilda